Охота как стиль жизни – Сергей Ястржембский

21 октября 2016

Автор: Скотт Майер
Журнал «Сафари», июль/август 2016 в формате pdf

Член Международного Сафари Клуба Сергей Ястржембский недавно стал обладателем международной охотничьей награды - перстня Сафари Клуба. Сергей Ястржембский - бывший дипломат Советского Союза и Российской Федерации, журналист, а в настоящее время титулованный режиссер документальных фильмов, повествующих об охоте, браконьерстве и жизни коренных народов во всем мире.

Недавно я имел удовольствие встретиться с ним в штаб-квартире Клуба, где он остановился, чтобы посетить музей и встретиться с трофейщиками-рекордсменами. В ходе нашей встречи я обнаружил, что все складывалось против того, чтобы Сергей стал международным охотником. "Была холодная война", - рассказывает он мне, - "в советском сознании тоже, все были против коммунизма, и коммунизм был против всех. Страна была полностью закрыта, так что очень немногие люди могли путешествовать по миру". Для того чтобы получить некоторое представление о том, насколько недоступными были многие вещи, скажу, что первый русский сумел добыть Большую Пятерку лишь в начале 1990-х годов.

Но путешествия манили Ястржембского, и он понял, что ограничен в выборе карьеры. Чтобы иметь возможность путешествовать, он мог стать журналистом, дипломатом или шпионом. После окончания Московского государственного института международных отношений, Сергей пошел на работу в отдел Министерства иностранных дел и готовился к дипломатической карьере. "После окончания учебы я был приглашен на работу в крупный журнал всех коммунистических партий мира под названием «Проблемы мира и социализма» со штаб-квартирой в Праге, - говорит Сергей, объясняя, как он оказался в журналистике и начал путешествовать.

Его дипломатическая карьера началась в 1992 году, в 1993 году Сергей был назначен первым послом России в Словацкой Республике, где начал карьеру охотника. "Мой друг был министром туризма и однажды взял меня на охоту на дикого кабана", - вспоминает Ястржембский. У него не было ружья на этой охоте, но он помог освежевать вепря. Его друг увидел в Ястржембском будущего охотника, и они начали охотиться в Словацкой Республике вместе. "Я получил от него в подарок на мой день рождения первую винтовку CZ 30-06, и моими первыми тремя трофеями стали дикий кабан, европейский красный олень и косуля".

После пребывания на должности посла, Ястржембский присоединился к администрации президента Бориса Ельцина. "Я совершил свой первый сафари-тур в августе 1997 года в заповеднике Селус",- рассказывает он мне. "Ельцин дал мне всего одну неделю... и мне повезло добыть буйвола, леопарда и некоторые другие трофеи". По словам Ястржембского, Ельцин также был увлеченным охотником, но умер, так и не успев реализовать свою мечту побывать на сафари. После службы в администрации Ельцина, Ястржембский служил восемь лет в качестве помощника и советника президента России Владимира Путина.

Рассуждая на тему охоты в современной России, Ястржембский констатирует улучшение ситуации. Ранее при коммунизме, "животные являлись собственностью государства, а собственность государства является всеобщей собственностью. Но если это государственная собственность, то это ничья собственность, вот одна из проблем коммунистической системы", - рассказывает Сергей, объясняя мышление советских охотников. "Сегодня охота более или менее развита, как и во многих странах Европы",- говорит он, добавляя, что трофейная охота является относительно новым веянием для России. "В русском языке даже не было слова для трофейной охоты", - говорит Сергей. Но охотники, особенно молодые, нашли выход и просто не берут самок и молодых самцов. "Россия обратилась к научно-обоснованному управлению природными богатствами... Я уверен, что Россия с ее потенциалом и количеством видов может быть одним из лучших мест для охоты".

Как и многие международные охотники, с которыми я разговаривал, Ястржембский описывает охоту не как возможность взять трофей, а как средство открывать для себя мир и контактировать с новыми культурами. "Без охоты я бы не посетил в России многие из наших регионов", - откровенничает Сергей, добавляя, что никогда не увидел бы Курильские острова, Камчатку и Якутию. И хотя он признает, что конечный результат - фактическое убийство- является важной частью охоты, более важным становится проявление себя в роли охотника-следопыта.

Это открытие привело Ястржембского к его последним работам в кинопроизводстве: "Я проанализировал каналы National Geographic и Discovery и нашел большую прореху в содержании", - объясняет он. "Они говорят обо всем, только не о коренных народах". 

Идея Ястржембского заключалась в том, чтобы показать исчезающие традиции сначала этносов Африки, таких как масаи, пигмеи, бушмены и менее известных, таких как эль-морро, которые охотятся с гарпунами на крокодила в ночное время в северной части Кении на озере Туркана, или Хамар и Сурма в Эфиопии. "Мы были первой международной группой, снимающей кино в Южном Судане после его раскола с Северным Суданом", – рассказывает он, когда делится опытом съемок племени динка.

Помимо народов Африки, Ястржембский снял племена в Индии, Индонезии, Папуа-Новой Гвинеи, шаманских людей в Сибири, Боливии, Перу и не только. Многое из того, что задокументировал Сергей Ястржембский, может стать последней записью истории этих племен. "Я не мог рассказать о некоторых из них, потому что во многих странах эти традиции официально запрещены ... Я думаю, что примерно через 40 -100 лет такие кадры будут представлять особый интерес, потому что это другая сторона жизни, которой к тому времени уже не будет на этой планете".

Не только коренные народы и их обычаи боится потерять Сергей Ястржембский, его следующий фильм рассказывает о браконьерстве слоновой кости. "Я был абсолютно раздавлен, когда увидел результаты браконьерства. Я увидел совершенно кризисную ситуацию и три года назад решил начать съемки по всему миру, с самого начала до конца показать браконьерство и пути контрабанды слоновой кости из Африки в Азию ", - говорит он мне, рассказывая о фильме "Кровавые бивни". Иногда с помощью скрытых камер и с большим риском для жизни Ястржембский снимал контрабандистов, полевых командиров и даже записал интервью командира Аль-Шабааб о том, как слоновая кость превращается в деньги для достижения целей терроризма. "В нашем фильме вы можете увидеть браконьеров, интервью с ними, задержанных браконьеров, патруль, контрабандистов. В Китае мы снимали один завод, где люди используют не только легальные кости мамонта, но и нелегальные бивни слона".

Ястржембский все же надеется на лучшее, особую надежду вселяют "фантастические" люди, которых он встретил во время съемок. Эти люди из дюжины стран Африки, Израиля, Чехии, Великобритании и Америки борются с браконьерством, каждый день арестовывая браконьеров и контрабандистов. "Они делают гораздо больше, чем многие правительства, к сожалению", - сетует Сергей. "И без этих людей, я могу сказать, ситуация была бы намного хуже".

Следующий фильм Ястржембского будет повествовать об охоте и охране природы. Он не хотел говорить о важной роли, которую играет охота в сохранении дикой природы в своем фильме о слоновой кости, так как не хотел запутать непосвященных или плохо информированных людей, которые не понимают или не хотят понимать разницу между охотой и браконьерством. "Многим очень трудно понять, особенно приверженцам ультра радикальных точек зрения из зеленого движения, которые ничего не понимают в сохранении природы",- говорит Ястржембский.

Многое может измениться с течением времени. Браконьерство продуктов дикой природы стало темой обсуждения в тот же день в пустыне возле выведенной из эксплуатации пусковой шахты, куда наша небольшая группа вышла утром на охоту на зайца. Звучит немного сюрреалистично.

Охота свела нас вместе, как это было на протяжении многих тысячелетий. Благодаря стремлению Международного Охотничьего Сафари Клуба и Сергея Ястржембского к обучению и пропаганде в интересах научно-обоснованного управления природными богатствами, будущее охоты и победа над браконьерством кажутся многообещающими.